Комитет по военно-историческому движению соотечественников и патриотическому воспитанию молодёжи в Италии

Осетинские гарибальдийцы

Уходят наши дорогие ветераны Великой Отечественной войны… С каждым годом рядом их все меньше и меньше. А нам остается память. Об их делах, их подвигах, их славе…

О том, что нельзя забывать никогда.

Одна из моих учениц, Мадина Савлаева, не так давно с группой студентов побывала в Италии. Привезли массу впечатлений, кипу слайдов. На одном из них запечатлен памятник-монумент иностранным партизанам. Посетили они и музей, посвященный этим замечательным людям. В Италии, как я поняла, до сих пор очень почитают тех, кто с оружием в руках боролся против гитлеровцев. В этом уникальном музее, как мне рассказывали, много стендов с интересными фотографиями. На них встречаются и лица солдат из Осетии, или, как их там называют, осетинских гарибальдийцев. Несколько имен Мадине особенно запомнились. Я слушала ее взволнованный рассказ и думала, как жаль, что мы так немного знаем о своих земляках, которые были истинными интернационалистами и, не жалея собственной жизни, боролись за мир, всем сердцем ненавидя фашизм в любых его проявлениях.

Помню, еще в юности я читала книгу Андрея Виноградского о нашем соотечественнике Александре Борисовиче Гиоеве или, как его называли там, в итальянском партизанском отряде, Сандро, восхищалась его подвигами, гордилась тем, что он дважды был удостоен высшей награды Италии за проявленный героизм в боях с карателями – Гарибальдийской звезды и еще девяти итальянских партизанских медалей, в том числе пяти золотых. Это было открытое признание воинских заслуг Сандро – бойца-интернационалиста 36-й гарибальдийской бригады имени Алессандро Бианкочини. Недаром одну из звезд ему вручил лично генеральный секретарь ЦК ИКП Луиджи Лонго. Встречался наш земляк и с Пальмиро Тольятти – человеком-легендой итальянского народа. А в Болонье, в Доме партизанской славы, до сих пор висит портрет Александра Борисовича Гиоева, выполненный народным художником СССР Н. Жуковым. И еще наш герой – почетный гражданин Италии. Сколько раз уже в послевоенные годы итальянская национальная ассоциация приглашала его на встречи воинов движения Сопротивления. где присутствовали тысячи людей из других стран, тоже воевавших на этой территории против гитлеровского режима. Принимал он участие и в церемонии воздвижения необычного памятника «иностранным партизанам».


Кроме Александра Борисовича, среди гарибальдийцев были и другие наши земляки, которых никогда не забывали итальянские патриоты. Среди них Каспур Иуанович Болотаев (Он мечтал после войны вернуться на Кавказ)… Какой трудный путь прошел этот человек! В 1942 году под Моздоком он, рядовой разведроты 414-й стрелковой дивизии, вместе с остатками своей разбитой части попал в плен к гитлеровцам. Раненного красноармейца ждали тяжелейшие дни пребывания в фашистских лагерях для военнопленных в городах Георгиевске, Новоград-Волынском. А затем он был отправлен в лагерь, расположенный в окрестностях Берлина, откуда его перевели в итальянское местечко Гадаско за колючую проволоку. Здесь-то он и познакомился с капитаном Советской армии Гриченко. Именно в это время тот готовил побег с фашистской каторги пятнадцати военнопленных.Капсур был очень надежным товарищем. Это поняли все. Сразу. Поэтому его и включили в группу. К счастью, тогда все сложилось благополучно. Потом с помощью местных патриотов военнопленные связались со штабом гарибальдийской дивизии «Фриуле», с его командиром Минно Дзокки. Советских людей там было немало. Из них даже сложился самостоятельный батальон, который стал резервом командования, и использовали его для проведения самых ответственных операций. Болотаев и здесь был надежнейшим человеком. Так, он участвовал в нападении на тюрьму Удино, в уничтожении железнодорожного моста через реку Толяменто, в освобождении сотен заключенных. А после Великой Отечественной в мае 1945-го Болотаев уже на Родине продолжил военную службу в составе 196-й отдельной роты обслуживания 4-й танковой армии. Среди гарибальдийцев (так называли себя итальянские партизаны) были и другие наши земляки – Мамсур Бацазов из Беслана, Елкан Тадеев и Солтан Ельджаров из Дур-Дура, Гаврил (Габули) Кадохов из Мостиздаха, Самсадин Елеев из Лескена и другие наши ребята. Был среди гарибальдийцев и ардонец Гамат Бицоев.

В 1941-м он начал свой путь стрелком 361-го стрелкового полка 8-й стрелковой бригады. Участвовал в тяжелейших боях северо-восточнее Туапсе. Шестнадцатое октября 1942 года – это черный день в его жизни. Батальон был окружен. Вырваться из кольца бойцам так и не удалось. Всех взяли в плен. Лагерь военнослужащих был в Майкопе, потом Гамата отправили в Керчь, а уже в ноябре 1943-го эшелоном его вывезли в Италию. Чем только ни приходилось заниматься рабочей команде, в составе которой он состоял! Как только ни унижали фашисты наших пленных! И содержали в жутких условиях. В октябре 1944-го военнопленные строили бараки в селении Фиацами – провинции Таранто. Именно здесь Гамат и познакомился с итальянцами, в частности с Фесто, который когда-то (это было еще в период Первой мировой войны) находился в российском плену и немного помнил русский язык. Именно этот итальянский патриот и предложил рабочей команде готовиться к побегу, который состоялся в марте 1945-го. Партизанским отрядом, куда попали наши земляки, командовал Дате Данцеев.
Нацисты в это время массово отступали; озверевшие от сознания своего бессилия, они были готовы на любые преступления. Гарибальдийцев ненавидели люто и расправлялись с ними по-злодейски. В горах под городом Рива завязался жестокий бой с гитлеровцами. Наши земляки проявили себя поистине как герои.

О Гамате осетины-гарибальдийцы рассказывали с особым уважением.

«Я до сих пор с глубокой благодарностью вспоминаю его. Этот парень был немного старше нас, именно он стал одним из первых организаторов подполья. Мы относились к нему, как к отцу родному. Каждое его слово было законом для всех, – делится своими мыслями Самсадин Елеев. – Я не знаю, что бы мы вообще делали без этого человека» …


Партизаны-гарибальдийцы… Именно они стали ядром всей освободительной армии Италии, борющейся против как внутреннего, так и гитлеровского фашизма. В ее составе было не менее 5 тысяч советских граждан, в том числе и осетин. Попав к партизанам, ребята были уверены, что им сразу же выдадут оружие и они станут полноправными бойцами. Однако получилось совсем по-другому. Да, новичков, правда, с первого дня привлекли к активным занятиям, но об оружии и речи не было. Где его было взять гарибальдийцам? Разве что одна винтовка на четверых. Бригада значительно быстрее пополнялась людьми, чем доставала трофеи. Так что на тактико-строевых и стрелковых занятиях приходилось пользоваться и сделанными из дерева макетами карабинов и даже выстроганными палками. Так вот наши земляки Ельджаров и Бацазов проявили чудеса храбрости и настойчивости и в обеспечении своих друзей по батальону трофейным оружием, что было больше всего необходимо в то время.

Гарибальдийцы, кроме того, не имели единой формы одежды. Каждый носил что у него имелось. Но что интересно… Большинство, как бы бравируя выносливостью и закалкой, в любую погоду ходили в рубашках, куртках и шортах из плотной ткани серого, темного или защитного цвета. А вот самой популярной обувью были горные ботинки с шипами. На голове обычно – синие или черные береты, красные фески берсальеров – солдат отборных пехотных частей итальянской армии, реже – глубокие крестьянские шляпы с обвисшими полями. Но, как вспоминали наши земляки, было и обязательное для каждого гарибальдийца отличие: две пятиугольные звезды из красного сукна; одна нашивалась на головной убор, другая – на рубашку, куртку или пиджак с левой стороны груди. И, что примечательно, одежду и головные уборы с такими звездами партизаны заменяли только тогда, когда приходилось отправляться на выполнение заданий в тыл врага.

Интересной была и встреча осетинских гарибальдийцев с Луиджи Лонго. Он, один из руководителей Компартии страны, командовал ударными бригадами имени Гарибальди, которые действительно составляли костяк корпуса добровольцев свободы – итальянской партизанской армии. Корпус был окончательно сформирован в июне 1944 года.

Не могли забыть наши земляки-гарибальдийцы и свое нелегкое возвращение на Родину…

Союзники  – американцы и англичане – всячески сдерживали народные силы Сопротивления фашизму…

В это же время в Швейцарии активно шли закулисные переговоры между руководителем американской разведки в Европе Алленом Даллесом и эсесовским генералом Карлом Вольфом (помните фильм Т. Лиозновой «Семнадцать мгновений весны»?!). Кто знает, чем бы все закончилось, если бы не решительная и принципиальная позиция СССР, вынудившая союзников отказаться от всякой сделки. А. Б. Гиоев рассказывал, как тянули англичане и американцы с отправкой наших людей на Родину. Ребята держались дружно, не поддавались на провокации. Их сразу же изолировали от интернационалистов из других стран, демонстративно не признавали солдатами, обращались как с пленными. Это было крайне неверно и вызывало обиду и дружный протест. Наш Сандро говорил с союзниками от имени всех гарибальдийцев, которые были из Страны Советов.

Мы – советские воины и хотим возвратиться в Советскую армию. Считаем, что долг союзников – помочь нам в этом.

Американское командование предлагало нашим партизанам «золотые горы»: и права, и преимущества, и настоящие американские доллары, и выгодные контракты, и, наконец, гражданство США. Но Гиоев опять вышел вперед:

Нет! Дайте нам возможность вернуться на Родину. Мы требуем немедленного возвращения в Советский Союз!

Объявили голодовку, подняли над своим небольшим лагерем красный флаг. Это была наволочка из красного сатина. Ее Александр Гиоев берег много месяцев: мечтал сделать знамя, под которым должен был вместе с товарищами ступить на родную землю. Охранники смотрели на развевающееся над палатками красное полотнище и дивились дерзости смельчаков. Взбешенный их командир приказал сорвать и уничтожить флаг. Но партизаны-гарибальдийцы, крепко взявшись за руки, окружили свою палатку. А Сандро заявил прибывшим солдатам:

Можете убить нас, но знамени не отдадим! Родине не изменим!

Стрелять и драться союзники, конечно же, не посмели. Отступили…

Наконец, Сандро действительно всех спас. Среди охранников он сумел найти верного человека, который передал письмо от гарибальдийцев – советских людей – в представительство СССР в Риме. И почти сразу все решилось. Положительно. Наших людей отправили на Родину.

Жизнь есть жизнь…

Далеко не всегда справедливой стороной поворачивается она к людям.

Плен… Этот ярлык еще долго не снимали с гарибальдийцев, хотя каждый из них геройски проявил себя в движении Сопротивления. Горько было…

И все-таки они выстояли, прошли через все сложности и перипетии. Потому что были настоящими солдатами! Настоящими гарибальдийцами! Настоящими джигитами! Так запомним же их. Эти люди такой памяти действительно стоят!

В. БЯЗЫРОВА,
заслуженный учитель РФ,
лауреат Государственной премии СССР.

Благодарим редакцию газеты «Северная Осетия»за предоставленную статью

Вот мы вас познакомили об участии сынов Северной Осетии в итальянском сопротивлении, а теперь расскажем о каждом:

продолжение »»»

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

  • История солдата Анциферова
    Анциферов Александр Гаврилович (1924-2013)   В 1943 году моего прадедушку и многих его ровесников угнали на запад. Он попал в Румынию. После их
  • Уральский следопыт
    Захаров Стефан Антонович (1920 — 1995) Старший брат моего отца Стефан Антонович Захаров фактически взял на себя обязанности по моему
  • Любовь рожденная на войне
    Джапаридзе Лаврентий Варденович (1919 — 2012) Всего несколько советских партизан остались в Италии, после войны. Об истории двух наших
  • Гарибальдиец из Татарстана
    САЛИМГАРЕЕВ АХМЕТВАЛИ САЛИМГАРЕЕВИЧ Партизан – гарибальдиец Италии (в партизанах псевдоним Салимов Василий Семенович). Родился 1906 г в с.Биклянь
  • Николай Михайлович Горшков. Резидент внешней разве…
    Уйдя на заслуженный отдых, он любил по вечерам прогуляться по любимому проспекту Мира. Прохожие редко обращали внимание на невысокого, элегантно
error: Content is protected !!