Партизан — Буденный
В 1966 году на имя Министра Обороны Маршала Советского Союза Родиона Яковлевича Малиновского поступило ходатайство от Пелагеи Макаровны Рыбальченко. Думаю, что в послевоенные годы таких писем было миллионы, если и до на наших дней семьи ищут погибших и пропавших без вести своих родных и близких. Писала она, с просьбой разыскать своего без вести пропавшего мужа:
«Мой муж Рыбальченко Иван Александрович 1914 года рождения, русский, уроженец села Серафимовка, Благодарнецкого района, Стравпольского края, был призван в действующую армию в 1941 г. 24 июня. По профессии – шофер; в этот момент работал в совхозе «Новая жизнь» / ныне совхоз «Прикумск»/ в МТС шофером Прикумский район, Ставропольского края. Был членом ВЛКСМ»
Удивлению людей, возвращавшихся после трудового дня, не было предела – Италия, такая далёкая страна и фамилия русского человека, каким образом они связаны? За что итальянский народ назвал своим героем советского гражданина, и собственно, как он попал туда? Эти и другие вопросы возникали у рабочих, многие не слышали об этом человеке ничего – это было уже следующее поколение мебельщиков.
Мы чтим и любим людей, отстоявших свободу нашей Родины в годы войны. Долгое время считали, что «никто не забыт, ничто не забыто». И «ненужное» в истории величайшей в мире войны «забывали», и героев, живых и мертвых, порой из рядов победителей вычеркивали. Это было. И сегодня долг, нас живущих под мирным небом, — заполнять «белые пятна» Отечественной. По крупице, по факту, по человеку.
На празднование 40-й годовщины Великой Победы в Москву приехала большая делегация из Италии. Возглавлял ее Джузеппе Бригенти, вице-президент Национальной ассоциации итальянских партизан. Его спросили, какие места хотел бы он посетить со своей делегацией.
Пробуждение 13 июля 1942 года было страшным: сознание, что нахожусь в немецком плену, угнетало. Я не мог думать ни о чем другом и все прокручивал события вчерашнего дня. Раз за разом возвращался к вопросу: а могло ли быть иначе?
Несколько раз я возвращалась к написанию статьи о возвращении домой военнопленных, каждый раз пытаясь найти, что-то светлое и радостное в этом событии. И каждый раз меня постигало разочарование, и чувство несправедливости, которое сжимало горло, то самое чувство, которое живёт в сердце каждого русского человека. Борьба человека с человеком, борьба системы с людьми, противостояние нашей страны с союзниками или союзников с нами – заложниками оказались миллионы, сотни тысяч — перемещенных, военнопленных, угнанных … и еще десятки синонимов — итог один, плен для них превратился в три этапа. Сначала фашистско-нацистский, потом англо- американский, а для возвратившихся — советские трудовые лагеря. Сотни тысяч разрушенных судеб, утерянного здоровья, разлуки с семьей и родными, унижения … немногие не сломались, прошли все испытания, вернулись к жизни, учились, работали. Но все как один, не желали вспоминать годы, проведенные за колючей проволокой.
